Вторник, 25.07.2017, 13:35
Евгений Чижов
Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа

Рецензия на "Перевод с подстрочника". Алексей Татаринов, "Афиша Краснодара".

29 июля 2014, 10:12

"Перевод с подстрочника": сюжет, который не забуду никогда

Неожиданно сильный роман ранее не известного мне писателя Евгения Чижова. Был уверен, что круг серьезных претендентов на «Большую книгу – 2014» монолитен: Прилепин с «Обителью», Сорокин с «Теллурией», Шаров с «Возвращением в Египет». Но оказалось, что «Перевод с подстрочника» — достаточно просторный, нерациональный мир, который трудно исчерпать и в беглом чтении, и в короткой рецензии. Есть в романе «поэт и поэзия», «интеллигенция и власть», «мужчина и женщина», но присутствует и нечто иное – то, что заставляет читателя испытывать перед настоящей книгой здоровое, творческое недоумение.

Жил-был московский поэт и переводчик Олег Печигин – герой с разрастающейся депрессией: книжку его тиражом в 120 экземпляров никто не купил, любимая девушка Полина ушла, лучший друг-поэт задохнулся дымом от неудачно сожженных стихов. Ни семьи, ни вдохновения, ни твердой почвы под ногами. Да и бутылки все чаще уныло звенят на столе.

А в далеком постсоветском Коштырбастане лихорадочно, с бьющимся страстно сердцем работал идеолог и журналист Тимур Касымов – некогда собеседник и друг неудачника Печигина. Касымов, давно покинувший Москву, служит Народному Вожатому Гулимову, помогая президенту Коштырбастана окончательно превратиться в символ коллективной восточной воли, растворяющей никому не нужную личность в образе единого правителя, держащего в руках жизнь и смерть.

Завязка такова: Тимур заказывает Олегу перевод с подстрочника великих стихов Народного Вожатого. Печигину надлежит сесть на поезд, приехать в Коштырбастан и обнаружить свою новую жизнь. Есть солидный дом, его стихи многотысячным тиражом изданы на местном языке, телевидение проявляет нешуточный интерес, лучшие женщины наводят на поэта загадочные глаза.

В потенциале – фарс: вот сейчас начнется обличение деспотизма, едкий смех перебросится на московского интеллигента, читатель начнется кувыркаться в забавных примерах искусственной восточной жизни, застывшей между классическим исламом и административной системой Советского государства.

И фарс время от времени пытается пробиться на поверхность текста, но его сдерживают образы грандиозного, крайне противоречивого мироздания, которое начинает постепенно поглощать Олега Печигина, сближая его с молчаливыми, будто всегда существовавшими коштырами, сливающимися с бескрайней пустыней. Чем больше вглядывается Олег в коштырские лица, тем мощнее звучит в романе чижовское слово о другой вселенной, где люди, похожие на нас, сделаны из иной плоти и крови.

Когда Печигин переводил Байрона, стал хромать. Работая над текстами Дилана Томаса, по-черному запил. Переводя Одена, погрузился в холодную депрессию. А как дать русскую жизнь словам Народного Вожатого? Кто он, этот Гулимов — заоблачный поэт, отец каждого коштыра и душа народа? Или убийца политических оппонентов, творец всеобщей нищеты и наглец, присвоивший чужие стихи?

Ближе к финалу Чижов заставит звучать «да» как приемлемый вариант ответа на последний вопрос. Это движение разочарует меня. Словно автор не выдерживает давления потрясающей пустыни, этих восточных инолюдей и зовет – как знакомую собачку – социальный роман. Появляется политическая оппозиция, критика власти, даже Касымов впадает в истерику отрицания всей «коштырщины». Ну и Печигин, не вынеся своей новой жизни, вмазывается в чужой антигосударственный план и погибает по приговору у расстрельной стены. Тугульды – ульды: жил – умер.

Но лучшие страницы романа – а их много! – об интереснейшем врастании периферийного поэта в громадину восточного существования, на века и мегакилометры удаленного от Москвы.

Вот Зара, так желавшая от Печигина детей и совместной судьбы, наполнила его бессловесной коштырской правдой: «Прежде его известность существовала отдельно от него, в чужом языке, в непроницаемых головах незнакомых ему коштырских читателей, теперь же она окончательно совпала с ним, окутала Олега с головы до ног, потому что именно таким, знаменитым на весь Коштырбастан поэтом, видела его Зара: в ее объятиях между созданным Тимуром образом и Печигиным не было ни малейшего зазора».

И последнее – о сюжете, который не забуду никогда. Решил Олег Печигин отправиться в далекую коштырбастанскую провинцию. На окраине всеми забытого селения он встречает русского мужика Сергея. Брошенный женой, полуспившийся, он качается на жарких волнах полубытия вместе с недоразвитой дочкой, у которой постоянно – до крика – болит голова. По вечерам они, забытые сразу всеми русскими мирами, читают книжки и совсем ни на что не надеются.

О, Господи, каким печальным может быть твой мир…

Алексей Татаринов

Источник: http://www.kublog.ru/blog/Litkritika/5300.html

Поиск
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Copyright MyCorp © 2017. Приезжайте к нам в Зеленоград!
    Создать бесплатный сайт с uCoz